Это очень трудная работа – и физически, и морально

Особенности пастырского служения в психиатрических больницах и интернатах.

Еще в 1992 году, выступая на освящении больничного храма при психиатрической клинике Научного центра психического здоровья РАН, Патриарх Алексий отметил необходимость соработничества врачей-психиатров и священников. Говоря о тех, кто оказался в клинике для душевнобольных, Патриарх напомнил, что «все люди, независимо от характера их личных судеб, призваны к вере, в которой становятся наследниками вечной жизни». В этом выпуске МЦВ о пастырской работе с душевнобольными рассказывают священники Андрей Лоргус и Максим Обухов.

— Отец Андрей, расскажите, как начиналось ваше служение при интернате?

— Сначала надо объяснить разницу между интернатом и больницей. В больницах людей лечат, а затем выписывают. Интернат же — это место, где больные живут постоянно. Дети, которые живут в этом доме-интернате, как правило, переводятся сюда из Дома малютки. Они сироты. Часто они не могут держать ложку, даже есть самостоятельно не умеют. Многие из них не умеют говорить.

Инициатива открыть храм при интернате была совместной — директора и врачей, с одной стороны, и наша, со стороны Церкви. Сейчас интернат гордится своим домовым храмом, они относятся к нему как к святыне.

И человеческие, и духовные отношения у нас установились давно. Кто-то из врачей и сам прибегает к церковной помощи. Но моего служения недостаточно, в таком большом интернате — а всего здесь около 1000 человек — должно быть два, пять-десять священников, чтобы успевать с каждым больным поговорить, помолиться вместе. А ведь общение с больными как прихожанами требует в два-три раза больше времени.

— Как узнать крещен или нет больной? Ведь это, наверное, одно из самых важных условий вашего служения.

— Это очень серьезная проблема. Даже если больной говорит, что он крещен, нужно выяснить, понимает ли он о чем говорит. Иногда я беру номер телефона у медсестры и звоню родственникам. К сожалению, бывают разные случаи. Например, однажды я крестил семилетнюю девочку, а потом пришли родственники и рассказали, что ее уже дважды крестили; первый раз в младенчестве, и еще раз, когда ее поместили в больницу.

— Как складывается ваше общение с больными? Ведь обычный диалог затруднен?

— В таком служении одна из самых сложных проблем — это исповедь. Но сейчас я ее уже решил. Исповедь может проходить в самых разных формах. У человека с затрудненной речью покаяние может проявляться как поклон, наклон головы, крестное знамение, просто определенное выражение глаз. Для меня значимо даже то, что эти люди приходят на исповедь. Иногда они не причащаются, но приходят исповедаться, то есть они понимают разницу между этими таинствами. Но в каждом конкретном случае задачу общения приходится решать по-разному.

П