Феномен Юлии Вознесенской

Юлия Вознесенская родилась в 1940 году, русская писательница, диссидентка. В 1976 была приговорена к 5 годам ссылки. В 1980 эмигрировала в Германию. Последние годы живет в Лесненской Свято-Богородицкой женской обители во Франции. Ее книги «Мои посмертные приключения» и «Путь Кассандры, или Приключения с макаронами» представлены на премию «Православная книга России» в номинации «Автор года». Наш корреспондент встретился с Юлией Вознесенской.

— Юлия, вы говорите об очень серьезных вещах, о последних временах, о смерти в таком «легком жанре», часто даже с юмором, и всюду выдерживаете удивительно бодрый тон. Как вам это удается?

— Я ненавижу расслабленность, характерную для современной западной литературы. У меня есть категорическое убеждение, что в состоянии уныния, опьянения, расслабления человек не имеет права заниматься творчеством. И как бы талантливо и виртуозно человек ни писал при этом, его унылое состояние души, переданное читателям, зачеркивает всю ценность его творений.

К сожалению, унылое и бесплодное мировоззрение насаждается сейчас и в православной среде. Я убеждена, что это зараза, с которой нужно бороться.

Из-за этого я и заставила себя вернуться к писательству. Я уже бросила это занятие, стала считать его бесплодным. Пять лет ничего не писала. Все эти годы я жила в Леснинском монастыре во Франции. И там я встретилась с матушкой Афанасией. Она мне рассказала о реальном посмертном испытании, которое она пережила во время клинической смерти. Я ей сказала: «Матушка, это надо записать». Она принесла мне тетрадку, где история эта была записана. Я ей сказала: «Матушка, вы так хорошо рассказываете, но пишете вы очень плохо». — «Тогда ты напиши». — «Благославляете?» — «Благословляю». И так я стала писать «Посмертные приключения».

Хочу сказать, что теперь я всю свою жизнь до монастыря оцениваю, как жизнь «в минусе», в том числе и диссидентство, и все, написанное до монастыря.

А в художественном смысле я ориентировалась на К.С. Льюиса, его «Письма баламута» и «Хроники Нарнии».

— Теперь у вас тысячи благодарных читателей, особенно среди молодых людей. Но я знаю и монахов, которые читали ваши книги ночи напролет, даже во время подготовки к экзаменам в Духовной академии...

— Думаю, это неслучайно. Потому что за моими книгами в жанре «фентэзи» скрывается Лесна, мой любимый монастырь. В «Кассандре» все герои имеют прототипов. Все матушки, игумения монастыря, дядя Леша, его жена, дети — со всеми  я встретилась в Лесне. Там я получила свое новое писательское призвание. Что я только ни пыталась там делать: вышивала покровы, разводила сад, построила часовенку-киот в лесу. Но призвание к монашеству — это редчайшее дарование, и мне стало понятно, что все эти послушания другие могут сделать лучше меня, а я должна писать, поскольку занимаюсь этим всю жизнь. И, честно говоря, я питаю надежду искупить новыми книгами все написанное мною прежде.

— Ваши книги очень бодрые, я бы даже сказала радостные, несмотря на страшный сюжет: п